Религиозный подтекст «Матрицы» ощущался уже в первом фильме. Там он подавался достаточно ненавязчиво, скорее на уровне символов и отдельных образов, однако «Второй Ренессанс» выводит эту тему на совершенно иной уровень. Происходящие здесь события иначе как с мифологической позиции воспринимать довольно сложно. Человек выступает в роли создателя, а машины становятся его практически безвольными рабами — рабами, которым при этом дарован искусственный интеллект. А одна из главных характеристик любого полноценного интеллекта — это воля. Конечно, можно усмотреть некоторую условность в том, что воля и самостоятельное мышление машин появились исключительно в результате целенаправленной работы человека, но как художественный приём это выглядит восхитительно.

Человечество постепенно погружается в собственные пороки, причём делает это куда глубже, чем даже в современном нам мире. И в какой-то момент кажется, что вселенная просто не оставляет ему другого выбора, кроме как качнуть маятник равновесия в противоположную сторону — подальше от привычной человеческой цивилизации. В этом смысле «Второй Ренессанс» воспринимается не просто как история о катастрофе, а как своеобразный миф о падении человечества и расплате за собственные поступки.

Но помимо масштабной катастрофы и символической составляющей, эта дилогия поднимает ещё и весьма интересные социальные вопросы. Причём делает это особенно любопытно именно потому, что в основной кинотрилогии тема страданий машин практически не затрагивается. Морфеус и другие персонажи постоянно говорят о героизме людей, о борьбе человечества за свободу и о необходимости уничтожить машины. «Второй Ренессанс» же заставляет взглянуть на эту историю с другой стороны и буквально ужаснуться тому, какими были причины войны и по чьей вине она превратилась в настолько масштабную катастрофу.

И невольно начинаешь задаваться неприятным вопросом: а действительно ли тот постапокалиптический мир, который мы видим в «Матрице», настолько несправедлив, как нам рассказывают? Возможно, если посмотреть на предысторию конфликта, итог оказался не столько незаслуженным наказанием человечества, сколько закономерным результатом его собственных решений.

В отличие от «Последнего полёта Осириса», первой новеллы «Аниматрицы», «Второй Ренессанс» выполнен в гораздо более классической аниме-стилистике. Здесь приглушённая цветовая палитра, замедленные движения и совершенно особая визуальная атмосфера. Исключением становится виртуальный архив Зиона, который заметно выделяется на общем фоне. Но особенно впечатляет даже не сама стилистика, а то, сколько внимания создатели уделили деталям, композиции и атмосфере происходящего.

За всем этим чувствуется настолько серьёзная работа, что некоторые сцены буквально хочется смотреть, затаив дыхание. А если произведение способно вызвать подобное ощущение одним лишь визуальным языком, то это уже, на мой взгляд, признак настоящего мастерства.

И самое интересное — всё это лишь первая часть дилогии.